Доигрался.
Макги улыбается себе под нос – тихонько, так, чтобы не видел никто, кроме зеркал бокового вида потрёпанной Ямахи. Закидывает рюкзак за плечо; беспалые перчатки привычно ложатся на облезлый хром рукоятей.
Не повод для шуток, на самом деле. Не для обычного человека.
А для долбоёба типа Джуно – как раз. Для него любое предупреждение – вызов, и если на заборе написано что-то типа «DANGEROUS: HIGH VOLTAGE», то конечно же полезет через рабицу под напряжением кто?
Оушен, of course. Одним из первых.

Утро только-только начинает своё становление, затейливыми завитками айвово-лимонного соуса просачиваясь сквозь синеву стеклянной безоблачности неба. Ветер брызжет холодистыми осколками, впивается в лёгкие – а Джуно знай себе нарезает вдоль по безлюдному хайвэю, чуть ли не вздыбливая железного коника в свечку.
Сегодня, может, ему хочется прибыть даже чуть раньше, чем вовремя. Сегодня, может быть, он хочет быть образцовым сотрудником – тем более что сбитый в корягу режим позволяет.
На новом месте – приснись софт получше. Надо показать себя при всём параде. Макги даже нашёл свой галстук с обезьянками, лучший в коллекции, между прочим.
Наружу прорывается саркастическое всхохатывание; хрюк плотоядной животины, которой предложили котлету из морковки. Вкуснее, чем зашконочные сухари, уж поверьте. Ни вашим, ни нашим – если он держится на этом месте дольше, чем три месяца, значит, держится на воле.
«А ты не продержишься». Лиловые губы непосредственного начальства изгибаются под максимально неприятным углом, формируя плотно слепленную ухмылку.
Оушен поглядывает поверх адиоптрических очков, копируя жест. «Уверен, мне там будет самое место. Как дом родной, мистер Норт. Спасибо, спасибо за второй шанс». Он сердечно трясёт вялую ладошку, скоморошьи скалясь – делайте, что хотите, только не бросайте в терновый куст, братцы лисы.
А уж на все предупреждения, что в норке давным-давно притаился не волк, не мышонок – а страшная крокодила, с которой никто не выживает дольше указанных сроков, Джей хотел класть со всеми причиндалами. Умоляю – это меня должны бояться, меня избегают, это у меня шутки максимально уебанские; а если кто сможет перещеголять и выбесить – тому проставлю пива столько, сколько влезет в грешное брюхо.
Да и потом. Камон, ребят, такое может быть только в сериалах, которыми нердический брюнет обмазывался до потери пульса в своих марафонах; у нас ЕСТЬ отделение, которое занимается оккультизмом, сатанизмом и алкоголизмом. Просто грех не поворошить этот муравейник палкой со своими-то познаниями.

Надо же, даже вещи уже перенесли. Финальное «катись колбаской»; сиди здесь, и может, вы друг друга взаимно истребите по принципу крысиных королей. Все тогда только облегчённо вздохнут.
Макги зажигает свет, включает звук, проверяет стойку – короче, играет в основного до момента, когда и без того негусто населённый отдел обретет своих обитателей; поправляет пиджачишко (жутко неудобный), подтягивает виндзорский узел поверх дебилистичной футболки (принт с ТМНТ), абсолютно хозяйским жестом перетягивает к себе на стол чужую пепельницу. По старой привычке поглядывая по сторонам – на горизонте абсолютно безлюдно – достаёт из рюкзака алюминиевую тару с многообещающим тауриновым говносмесом.
Дальнейшие события разворачиваются с утомительной неизбежностью; внешние раздражители как бы перестают существовать для концентрата внимания Макги – место новое, а долги старые.
Всё ещё остаются старые лазейки, которые себе дороже латать, и каждый божий день, как прыщики на иисусьей жопе, вылезают новые и новые маленькие гении, которые полагают, что могут барыжить чем угодно на полях дырчатого веб один ноль.
Небольшая поисково-аналитическая работка, ничего особенного; параллельно с этим Джун, чуть высунув язык от усердия, убивает собственное перекурное время на подбирание ключика к маааааааленькой, но очень вредной подсеточке, которая непременно укажет путь к паре говнюков, которые решили, что могут безнаказанно шариться в закрытых архивах.
Он даже не слышит, как створка двери с механическим подвзизгом подаётся внутрь; карий взор тараканьи бегает по строчкам, малопонятным простому обывателю, а не до конца обжитый ПК, кажется, совершенно не желает сотрудничать со своим рабовладельцем.
Что-то раздражающе шевелится на периферии. Алло, коллега, это вы? Захватили немного плача вифлеемских младенцев с собой?
Как его назвали? Ник, вроде. Николас-Доминик-Никодим-без разницы, в общем-то; Макги шумно присёрбывает из кружечки энергетическую бурду, обращая на себя внимание ровно в той степени, которой обычно удостаивается мимо проползающий коммодский дракон – необычно, но в целом приемлемо для реальности. С порога обострять конфронтацию не особо есть желание, да и не до того сейчас, посраться всегда успеется. Обойдёмся расставлением точек над ять.
- Джей. Оваций и экскурсий не надо, я занимаюсь статичной работой за этой целочкой-переспелочкой, (кивок в сторону массивного монитора) и сильно сомневаюсь в том, что мне придётся расхлёбывать потустороннюю мумбу-юмбу вместе с агентурой. Послан сюда далеко и надолго, поэтому твоего одобрения не нужно. Можешь оставлять сигареты и бутерброды в нижнем ящике стола в качестве гарантии, что с твоей учёткой ничего не случится, my dude. Я твой персональный ангел-хранитель в мире малопонятных буковок на экране.
Оушен шумно и коротко всхохатывает, закуривая в неисчислимый раз. Пепельничка напоминает ощерившегося ежа, торча в разные стороны рыжими фильтрами окомёлков табачных изделий.

Отредактировано McGee Ocean Jr. (2017-05-31 16:44:55)